New Year in Amn

Для форума Игромании
Конкурс:
Happy New Knee

New Year in Amn

Еще только первые лучи утреннего солнца робко коснулись золотых куполов променада Вокин, ознаменовав наступление первого дня, наступившего года Дракона, как стены таверны «Медная корона» содрогнулись от душераздирающего крика.
«Бу! Где же ты, Бу!», – эхом разносилось по пустым коридорам таверны.
- Что же ты так орешь, то! – с силой распахнув дверь, Корган едва не сшиб ею Минска.
Широкоплечий дварф стоял посреди коридора, одной рукой почесывая волосатый живот, а другой подтягивая кольчужные труселя.
- Что уставился? Чистый мифрил между прочим, - злобно прорычал гном, - Опять своего крысеныша потерял?
- Не смей так говорить о Бу! Бу мой друг! Он умный, он все знает! Бу он… - Минск не успел закончить свою тираду. «Аааррргх», - донеслось со стороны лестницы.

Сгорбленная фигура, издавая устрашающий рык и что-то хрипло бормоча, вынырнула из полумрака коридора. Механически переставляя ноги и то и дело ударяясь о стены, она медленно, но неотвратимо приближалась к друзьям.
- Зомби! – Минск со скрежетом потащил из ножен гигантский двуручник.
- Молот и наковальня! Совсем некроманты страх потеряли, уже без намордников гулять выпускают! - Корган уже сжимал в своей огромной лапе миниатюрный, но от этого не менее смертоносный, топорик, - Никогда с ним не расстаюсь, - ласково пробуя остроту лезвия, пробурчал дварф.
- О, как же я устала, - простонала «зомби», сползая по стене на пол перед оторопевшими воинами.
- Аэри? – Минск растеряно опустил меч. – Ты случайно не видела Бу?
- Минск, душечка, помоги мне подняться… А где же… где же мои крылья? – повисая на могучем плече рейнджера, пробормотала девушка, - Бу? Какой Бу?
- Он спрашивает: «не видела ли ты его проклятого грызуна?», чтоб им кобольды подавились! – брызгая слюной и изрыгая проклятья, прорычал Корган.
- Может и видала, но память надо бы освежить, - демонстративно помахала пустой бутылью Аэри, - Пойдемте вниз, мальчики.
- Я только халат накину, - гном исчез в своей комнате. Мгновение спустя он показался вновь, натягивая кольчугу, - Никуда не уходите, мои сладкие, - бросил он на прощание двум смазливым эльфийкам, с деланной стыдливостью прикрывавшим срамоту простынями. Из-за двери послышался игривый смех и что-то насчет того, что у гномов оказывается не все так коротко, как может показаться на первый взгляд.

Подходя к лестнице, Корган, не церемонясь, толкнул дверь в одну из комнат.
- Думаю, его тоже стоит захватить с собой, как-то боязно за свои вещи, когда такие типы остаются без присмотра.
- А я это… просто я лучше всех вел себя в прошлом году, - оправдывался застигнутый врасплох Йошимо, пытаясь закрыть своим щуплым тельцем огромную кучу свертков, коробочек и мешочков наваленных посреди комнаты. – Идите-идите, я вас догоню, вот только порядок здесь наведу, столько подарков, столько подарков, ума не приложу, куда все попрятать… эээ… разложить, – скороговоркой выпалил он, захлопывая дверь.
- Клептоман узкоглазый, все ему неймется, - Корган презрительно сплюнул под ноги.

В столь ранний час обеденный зал «Медной короны» был почти пуст. Постояльцы медленно выползали из своих номеров и под звон бокалов начинали приходить в себя после вчерашнего празднества. Мрачная больше обычного Джахейра, в окружении двух магов – одного с всклоченными волосами и безумным выражением лица, другого в добротной кроваво красной мантии и аккуратно стриженой бородкой, уже сидела за столом.
- Ба! Какие люди! Раздери вас Баал, - проревел Корган, стискивая магов в своих медвежьих объятьях, - С вечера вас не видел и еще бы век не видать…

После пары кружечек за встречу, Минск жалобным всхлипыванием напомнил о себе и о своем горе.
- О, досточтимая, надеюсь, твоя память уже достаточно просветлела, не вспомнишь ли ты, что могло приключиться с моим многомудрым другом Бу? – едва не плача, обратился он к эльфийке.
- Да, да, дорогуша, напомни нам, что вчера было то, а то у меня в голове, словно тролли пляску устроили, - осушив очередную кружку эля, поддержал Минска гном.
- Ну, раз вы настаиваете, - посвежевшая и разрумянившаяся Аэри, одарила собравшихся неотразимой улыбкой и начала свой рассказ…

Огромная толпа, разряженная во все праздничное, собралась внутри променада Вокин, что бы проводить последний день уходящего года и встретить год новый. С помоста, возвышающегося около ворот и огороженного закованными в доспехи стражниками, читали речи представители знатных родов города Аскатла: поздравляли, обещали, сулили благо и процветание в скором будущем. Однако, их, как водится, мало кто слушал. Взгляды горожан были прикованы к центру площади, расчищенной от разномастных торговых лавочек и лотков, там, если верить заранее развешанным афишам, маги из далекой Долины Ледяного Ветра уже начинали свое представление.

Суровые маги севера в плащах из чешуйчатых шкур ледяных виверн подбитых мехом йетти под аккомпанемент барабанов из оленьих шкур, образовав круг, совершали сложнейшие магические пассы и демонстрировали чудеса владения посохом. Все это конечно было работой на публику, но выглядело впечатляюще. Маги все ускоряли и ускоряли свою пляску под все нарастающий и нарастающий ритм барабанов, вокруг них взмывали и опадали снежные вихри, вращались кольца из искрящихся кристаллов льда, а зрителей стоящих в первых рядах окатывали волны морозной свежести, такой непривычной для жителей столицы Амна избалованных теплыми ветрами Моря Мечей. Внезапно бой барабанов оборвался, маги замерли, ударив посохами оземь. Гигантский смерч поднялся из центра кольца магов, он все вырастал и вырастал, пока не поднялся над шпилями городских башен, стягивая к себе редкие облачка, проплывавшие по небу. Огромная туча стремительно разрасталась, закрывая небо над променадом и надо всем городом. Оглушительно завыли ритуальные рога и смерч с диким ревом втянулся в тучу, что бы мгновение спустя ледяным градом обрушиться в центр площади. Снежные глыбы разбивались о землю и покрывали ее гладким, словно стекло, льдом, а из тучи, накрывшей уже весь город, пошел самый настоящий снег. По толпе прокатился вздох восхищения, дети радостно кричали, пытаясь поймать снежинки, падавшие им на вытянутые ладошки. Взрослые удивленно смотрели на появившийся в центре площади каток. Ледяные големы, деловито пыхтя, возводили катальные горки, сгребали снег в пушистые сугробы и в мгновение ока вытачивали из ледяных глыб фигуры диковинных животных и скульптуры могучих воинов и прекрасных дев, такой красоты, что они казалось живыми.

Маги с достоинством поклонились и уступили место могучим варварам, выбежавшим на каток в странной обуви – с острыми кинжалами, привязанными к подошвам сапог из тюленьей кожи. Их лица обветренные суровыми ветрами были воплощением мужественности, а тела перевитые мускулами и прикрытые лишь набедренными повязками из шкуры белого медведя выглядели, словно отлитыми из бронзы. Они скользили по зеркальной ледяной глади подобно ветру на бескрайних пустошах севера, являя чудеса ловкости и акробатики, то взлетая в воздух в немыслимом кульбите, то кружась в бешеном танце, выписывая невообразимые спирали и кренделя. Впечатлительные барышни вздыхали, глядя, как перекатываются мышцы под смуглой кожей атлетов, юноши расправляли плечи и выпячивали грудь, чтоб быть хоть чуточку похожими на них…

- А вот, кстати, и они, - Аэри прервала свой рассказ, что бы промочить горло. Пятеро варваров, все также, только в набедренных повязках вошли в трапезный зал. Вокруг них сразу же засуетилась прислуга, и сам шеф повар торжественно вынес свежезажаренного поросенка на огромном серебряном блюде.
- А что эти дикари так пялятся на меня? – Джахейра всем своим видом выражала недовольство, - Или они в своих берлогах о хороших манерах не слышали?
- Вчера, моя дорогая, отсутствие хороших манер у них тебя не смущало, - заговорщицки хихикнув, Аэри томно закатила глаза. Всегда невозмутимая друидша, словно вспомнив что-то, густо покраснела и отвернулась.

…Северяне закончили свое выступление, и глашатай объявил праздничные гулянья открытыми. Дети ринулись валяться в снегу, с веселыми криками скатывались с ледяных горок и устраивали снежковые побоища. Молодежь пыталась удержать равновесие на катке, а люди постарше стекались поглазеть на состязание талантов и магических искусств…

В зал вошла пышно одетая семья, в сопровождении охраны – господин в камзоле цветов знатного рода, его супруга с пышной прической и надменным взглядом и мальчик лет пяти. Подозвав к себе хозяина таверны, глава семейства о чем-то в полголоса заговорил с ним, отчаянно жестикулируя. Но всеобщее внимание было приковано к мальчику. Вокруг малыша, радостно лая и поскуливая от счастья, прыгала маленькая собачонка, вот только шерсти на щенке не было, впрочем, на нем не было и шкуры, и мяса, и внутренностей не наблюдалось тоже – вокруг мальчика вертелся и вилял хвостом скелетик собачки. «Папа, папа, а давай бабушку тоже оживим», - дергал отца за рукав счастливый малыш. Люди привставали со своих мест, чтобы получше разглядеть диковинку, а знатный господин в камзоле уже перешел с шепота на крик и обещал повесить на городских воротах того некромансера, что воскресил недавно почившего песика его сына, когда найдет его.

Некромант Кзар, сидевший рядом с Джахейрой, казалось, полностью утонул в складках своего плаща и пытался сползти под стол.
- Зато я выиграл первый приз, - едва слышно донеслось из тьмы под капюшоном, - вот только, почему-то не могу его нигде найти, - с горечью добавил он. Йошимо, старательно изучая закопченный потолок, насвистывал какую-то простенькую мелодию.

… Ближе к вечеру протрубили начало праздничного концерта. «Специально приглашенный из Жемчужины Севера, прославленный герой, видевший развалины Ундрентайда и прошедший подземельями Уотердипа, поправший лорда дьяволов в адских глубинах, звезда Невервинтера, непревзойденный бард и композитор – Огнедышащий Диикин», - надрывали глотки городские зазывалы. Диикин был, пожалуй, единственным кобольдом, которого люди встречали не градом стрел или ударом дубины, а овациями и рукоплесканиями. Бард вышел на сцену в окружении прелестных эльфиек, дополнявших его музыку незабываемым танцем. Звуки лютни Диикина заполнили площадь, невероятной красоты мелодия была способна растопить даже самое зачерствевшее сердце и затронуть самые потаенные струны человеческой души. Прошедший сотни опасных приключений, без страха смотревший в глаза смертельной опасности, Диикин пробудил в себе спящую кровь дракона. В конце своего выступления кобольд, чье имя уже вошло в легенды, расправил самые настоящие крылья и, под восторженные возгласы толпы, выдохнул столб огня, не худе самого заправского дракона. Эльфийки из подтанцовки взмыли в воздух, разматывая за собой шлейфы из тончайшего шелка, переливающегося магическими огнями, и приземлились на руки восхищенной толпы…

- Говорят после этого Сладкоголосый Диикин не досчитался двух своих танцовщиц, - Аэри недвусмысленно взглянула на уплетающего баранью ножку гнома.
- А я что? – закашлялся Корган, - Они сами пришли, не виноватый я.

…Наступила кульминация празднества. Десяток магов школы огня продемонстрировали свое мастерство. Огненные шары взлетели над городом, складываясь в фантастические фигуры и рассыпаясь снопами искр. Магические ракеты, оставляя витиеватые узоры, сплетались в причудливые орнаменты. Облака светящегося газа переливались всеми цветами радуги. Внезапно ночное небо прочертили две молнии – черная и серебряная. Огромные крылья с гулом рассекали воздух, огни угасающего фейерверка отражались на переливающейся чешуе, клубы дыма и пламени окутывали два гибких тела кувыркающихся в воздухе – горожане, затаив дыхание, следили за брачным танцем драконов. Заложив крутой вираж над самыми крышами, гигантские ящеры, ласково касаясь друг друга крыльями и изрыгая струи огня, скрылись в направлении побережья…

- Я вчера слышал, что городская стража с ног сбилась в поисках одного полоумного мага, устроившего вакханалию на кладбище, - перебил рассказчицу Йошимо, - говорят, он грязно ругался, сыпал вокруг себя огненными шарами и вообще не прилично себя вел. А кто-то даже упоминал, что это был один из Красных Волшебников, - понизив голос, добавил вор.
- Красные Волшебники, - встрепенулся, было задремавший, Эдвин, - никогда о таких не слыхал, - пробубнил он, оглаживая свою бородку и устраиваясь поудобнее.

…Глубоко за полночь, когда звезды светят особенно ярко, и говорят, что это боги смотрят на землю, над городом поднялись тысячи бумажных шаров наполненных теплым воздухом от привязанных снизу горящих свечей. К этим шарам люди привязывали подношения своим покровителям или просьбу божеству, чьим велениям следовали. Эта традиция давала людям надежду или укрепляла уверенность в завтрашнем дне и, кроме того, это было просто красиво…

- Постой, а как же Бу? – Минск вцепился в рукав платья Аэри, - Ты же обещала рассказать, где он!
- Ах да, последнее, что мне удается припомнить, перед тем как мы…- проворковала Аэри медовым голосом, а Джахейра вновь залившись краской, бросила на нее испепеляющий взгляд, - Я слышала как кто-то сильно подвыпивший орал на улице:»Лети, мой друг, лети! Тебя ждут твои космические братья!». Кстати, чей-то воздушный шар до сих пор висит снаружи, зацепившись за вывеску Медной короны.
- Пресветлая Милики!- Минск, опрокидывая стулья и расталкивая посетителей, бросился к выходу, - Бу, я спасу тебя!

- Вот, дорогие гости, как вы и заказывали, все в лучшем виде, - повар, подобострастно поклонившись, поставил посреди стола блюдо с фаршированным цыпленком. Друзья в недоумении переглянулись.
- Я… это… да он уже почти задохнулся в мешке у Коргана,- начал сбивчиво объяснять Кзар, - зачем мы его с собой таскаем, то?
Аэри, поперхнувшись, прыснула вином на стол. Джахейра, прикрыв лицо рукой, отвернулась. Йошимо трясся, сдерживая смех, и только Эдвин, с каменным лицом, извлек из-под мантии дневник обтянутый потертой кожей.
- Расколдовать Меликампа - вычеркиваем, - замогильным голосом произнес маг.

Бу - Гигантский Космический Хомяк в миниатюре, нежился на нагретой утренним солнцем крыше таверны. Его внутренний взор был обращен за пределы небесной сферы, туда, где его старшие собратья управляют движением колес летучих кораблей, путешествующих с плана на план. Как бы он хотел оказаться вместе с ними, но тут у него тоже есть важные дела. Бу передернул ушами и посмотрел вниз. Безутешный рейнджер, заламывая руки и оглашая окрестности истошными криками, уже целый час бегал вокруг таверны. «Да,- подумал Бу, - ну как оставишь такого без присмотра? Пропадет без меня».

Герой

Для форума игромании
Квента для Fantasy Clan
Герой

Тесный полуподвал. Вдоль стен стоят обшарпанные пластиковые стулья. Единственная лампа под потолком тускло освещает помещение. Я все еще держу в руках объявление, сорванное со стены. Взгляд скользит по измятой бумаге, пытаясь зацепиться за обрывки слов: "... собрания анонимных... психологическая помощь... обращайтесь к нам..." В круге света посреди комнаты сутулый низкорослый мужчина, отчаянно жестикулируя, что-то говорит. Его слова, как капли дождя, скатываются по стенам, оставляя мутные дорожки, теряющиеся среди грязи, которую уже впитала эта комната. Он говорит - говорит без остановки. Словно гул высоковольтной линии электропередачи - в какой-то момент, погруженный в свои мысли, перестаешь обращать внимание на его голос, перестаешь его слышать.

Женщина в белом халате, окинув взглядом комнату, что-то записывает скрипучей ручкой в толстый блокнот. "А теперь выслушаем нашего нового товарища", - сквозь ватный воздух доносится до меня ее раздраженный голос. Я поднимаю голову. Все смотрят на меня.

Неловким движением я засовываю объявление в карман и поднимаюсь со стула.
- Здесь не принято называть имена, но я должен представиться. Меня зовут Джон Райт, - тени, до этого безвольно застывшие на стульях, оживают. Их шепот, как змеиное шипение, заполняет пустоту комнаты.
- Вижу, вы слышали обо мне, сегодня я сам расскажу свою историю.
Я вырос на заваленных мусором улочках этого города. Города, в котором родились и выросли мой отец и дед. Игры с мальчишками, уличные драки, проблемы с полицией, первая девушка – первая любовь и первое разочарование - обычное детство трудного подростка, чьи родители горбатятся день и ночь, что бы свести концы с концами. Такое же возможно было и у вас, может быть, мы вместе играли в бейсбол или, сцепившись в драке, валялись в пыли школьного двора, под улюлюканье одноклассников, или убегали от полиции, помогая друг другу перелезать через забор. С грехом пополам окончив школу, я записался в армию. Такие, как я, не учатся в колледже.

На службе я тоже не отличился. Хоть мне и довелось поучаствовать в нескольких заварушках, среди песков этих арабских стран с непроизносимым названием, из армии я вернулся без орденов и медалей. Но и не в цинковом ящике, накрытом звездно-полосатым флагом.

За время моего отсутствия город совсем не изменился. Все такое же, черное от копоти заводских труб, небо безразлично взирало на меня. Завывающий ветер в грязных переулках даунтауна, куда опасаются заходить даже полицейские, пронизывал до костей. Серые, облупившиеся корпуса промзоны, с пустыми глазницами выбитых окон, нависали надо мной, грозясь раздавить. Темный, освещенный лишь мерцающим светом неоновых вывесок, центр приветствовал меня хищными ухмылками разинутых пастей подворотен. Из них, как отрыжка, доносились чьи-то пьяные крики, мольбы о помощи, вперемешку со звуками ударов и отборной бранью - все это было знакомо с детства. Я снова был дома, если Дампхоул можно назвать домом.

Я устроился работать на завод, женился, у нас родился сын. Один серый день сменялся другим, за одним бесцельно прожитым годом шел другой. Работа - дом, дом - работа, начинаешь чувствовать себя безвольной куклой, придатком к станку на работе, моллюском способным лишь питаться, спариваться и справлять нужду. Так я существовал, пока не произошло событие, изменившее всю мою жизнь.

Тем вечером я возвращался с работы позже обычного. Нам наконец-то выдали зарплату, и мы с парнями решили это отметить. Я позволил себе пропустить на пару стаканчиков виски больше чем обычно, и был изрядно навеселе. Какие-то сдавленные крики и возня с заброшенной парковки ветхого ресторанчика привлекли мое внимание. В обычный день я, втянув голову в плечи и делая вид, что ничего не слышу, прошел бы мимо, как проходили, ускоряя шаг, запоздалые прохожие. Но алкоголь бурлил, разогревая кровь, и я свернул с освещенного тротуара.

Несколько парней прижали к стене молоденькую девчонку, еще школьницу. Она вырывалась, но было видно, что силы у нее на исходе. Двое держали ее за руки и зажимали рот, а третий уже сорвал с нее кофточку, и жадно сжимал в своей грязной лапе небольшую, молочно-белую в лунном свете, грудь. Я окликнул их. Закричал, чтобы они отпустили ее. В ответ раздался глумливый смех и совет поскорее валить отсюда, если мне не надоело жить. В бешенстве я отшвырнул одного из насильников, и в это время другой ударил сзади...

В армии сержант отлично поработал над нами. Возможно из-за двух контузий, а может просто из врожденной ненависти к себе подобным, он обещал сделать из нас машины для убийства. Обещал, что когда нас отправят убивать этих мусульманских обезьян, то оружие нам не понадобится... Как выяснилось, его труды не пропали зря. Сознание гасло, а тело полностью подчинилось животным инстинктам, дремавшим где-то в глубине, и рефлексам, вбитым в меня кулаками сержанта. Когда я пришел в себя, все трое лежали на земле, с моих кулаков капала кровь, а в голове гудело от избытка адреналина. Девчонка лепетала какие-то слова благодарности, обхватив худенькими ручками мою шею, спрашивала как я, не пострадал ли, но я не слушал. Я не мог оторваться от ее глаз. Этот взгляд - взгляд человека, которого ты только что спас, что-то перевернул в моей душе, задел какую-то струну, и я понял, что уже не смогу жить как прежде. Не смогу оставаться безучастным к чужому горю, не смогу пройти мимо и сделать вид, что не заметил и это меня не касается. В тот миг я понял, что надо делать.

Ночами я выходил город. В одиночку разбирался грабителями, выслеживал угонщиков машин, раскрывал наркопритоны. Сообщал в полицию, где скрываются преступники, объявленные в розыск. Я помог арестовать членов крупнейшей банды в городе. Во всем этом мне сопутствовала удача, или ангел хранитель следовал за мной по пятам. Я выходил из драки практически без царапины. В меня стреляли и не могли попасть. Меня выслеживали, но мне удавалось скрыться.
Как сообщали выпуски новостей, за год преступность в городе сократилась втрое. Мои подвиги были на первых полосах местных газет. Кто-то из журналистов назвал меня Джон Райт – так я получил свое имя. После ареста главаря банды, мэр, выступая на праздновании дня города, сказал, что я достоин звания «гражданина года». Я стоял в толпе, гордо выпятив подбородок и скрывая лицо за огромными солнцезащитными очками, и слушал как люди, собравшиеся на центральной площади, восторженно скандируют мое имя. Я слушал и улыбался - мои труды не пропали даром, я не зря рисковал.

В детстве отец говорил мне, что все должны жить по правилам, что не должно быть исключений. И те, кто нарушает закон, должны отвечать за это. Отец учил меня, что каждый несет ответственность за свои поступки. Он погиб, когда мне было шестнадцать. Машина выехала на встречную полосу. Пытаясь избежать столкновения, отец свернул с дороги. Его машину занесло, она насколько раз перевернулась. Потом врачи говорили, что у него были шансы выжить, если бы ему во время оказали помощь. Но виновные в аварии не остановились, не вызвали врачей. Они возвращались с какой-то вечеринки и все были пьяны. Отца нашли только вечером, уже мертвым...

Джон Райт стал местной знаменитостью, мое имя было на рекламных щитах, красовалось на футболках, кто-то даже продавал кружки с моим «автографом». Меня приглашали на телевидение. Газеты сулили безумные гонорары, если я раскрою свое инкогнито и дам им интервью. Дети просили рассказать обо мне сказку на ночь. Но самое главное - люди почувствовали, что их есть, кому защитить, что их жизнь стала безопасней, что хоть на кого-то они могут рассчитывать в трудную минуту. И я следил за порядком, восстанавливал справедливость, если это было в моих силах, помогал полиции. Полиции это было на руку - показатели раскрываемости росли, а я - я выполнял свой долг.

Все было замечательно, до тех пор, пока кому-то в администрации города не пришло в голову как можно сэкономить городской бюджет. Какая-то кабинетная крыса подумала: "Зачем в городе столько полицейских?" - ведь преступность снизилась, а я на добровольных началах выполняю работу полиции и при этом совершенно бесплатно. В полицейском управлении начались сокращения. Полицейских увольняли, хотя многим оставалось совсем недолго до пенсии. Профсоюзы протестовали, полицейские были возмущены, их семьи обращались в прессу, на телевидение, но городские власти были непреклонны. К недовольным присоединились влиятельные граждане нашего города. Те - кому многое сходило с рук. Те - кто отводил полицейским глаза пухлым конвертом. Те - кто привык, что закон для всех остальных, а им все дозволено и дело лишь в сумме, которую им придется положить в карман продажному чиновнику или полицейскому. Я с самого начала был у них, как заноза в заднице, вмешиваясь в их не совсем законный бизнес. Как водится, у кого большие деньги, у того и рыльце в пушку, и наш город не исключение. Теперь у них появилась возможность поквитаться со мной.

Я срывал поставку в город поддельного алкоголя, а на следующий день в новостях сообщали, что неизвестный злоумышленник препятствует поставкам продовольствия. Я разгонял пьяную вечеринку, сдавал в полицию обкурившуюся "дури" золотую молодежь, и тут же в газетах появлялась заказная статья, как некий психопат напал на группу студентов, жестоко избив их. Владельцы ночного клуба, уличенные мной в торговле наркотиками и устраивающие оргии с малолетними проститутками в своем заведении, заявляли, что Джон Райт подрывает репутацию их развлекательного центра, устраивает драки с охраной и срывает очередной праздник.

Плакаты с моим именем стали исчезать с улиц, а те, что еще оставались, были исписаны ругательствами. Меня объявили в розыск, а негласно даже назначили награду за мою голову. От меня ушла жена. Из-за отсутствия по ночам, она стала подозревать, что я изменяю ей. Из-за постоянных прогулов меня уволили, я не мог больше обеспечивать семью – борьба с преступностью отнимала слишком много времени. Друзья и сын отвернулись от меня – я был слишком занят, что бы уделять им внимание. Я остался один, один против всех, против тех, кого хотел защищать и против тех от кого хотел защищать. Я хотел помочь людям, а сам оказался изгоем. Я хотел справедливости, а сам оказался вне закона...

- Я - Герой... и мне нужна помощь...

Женщина в белом халате ведет ручкой по странице блокнота. Строки, заполненные неразборчивым медицинским почерком, сменяют одна другую - …расстройство личности… навязчивые состояния… агрессивное поведение… паранойя… Ручка, застыв напротив графы «ход лечения», со скрипом выводит – улучшений нет...

S.T.A.L.K.И.R Shadow of Maniya

Для форума Игромании
Конкурс: Погребен вместе с Recycle bin

S.T.A.L.K.И.R Shadow of  Maniya
Основано на правде и лжи

Троица потрепанных сталкиров сидела вокруг чахлого костерка, угли еле теплились, давая минимум света, чтобы не привлекать внимание. Сталкиры расположились в странном месте, загроможденном различными тюками, коробками, просто хламом, сваленным в кучи барахлом. Контейнеры, составленные в многоярусные ряды образовывали узкие улочки, на которых темные личности обстряпывали свои мерзкие делишки. Сталкирам это место напоминало родную свалку и давало ложное чувство защищенности и безопасности.

- Кажется оторвались, - тяжело дыша прогундосил Громохряк.
- Оторвались!!! Да если б не ты, ниче бы с нами и не случилось!!! Сидели бы себе за периметром в Зонушке родной, да водочку бы попивали! Нет, «давай за кордон выйдем, на мир посмотрим», посмотрели, блин!!! - срываясь на визг и брызгая слюнками заверещал Фуфик.
- Не, ну, а че я то сразу…
- Че ты? Кто нас потащил в этот «Дом детского творчества»? «Там картинки говорят красивые…», - подражая гундосому голосу Громохряка, пробубнил Фуфик.
- Ну я… а че такого то…
- Че такого!!! – Фуфик, взвизгнул от ярости, - какого рожна ты над ними ржать начал? Кто там детям тушенку раздавать стал? Посмотри, что со мной там сделали! – Фуфик потряс перед носом Громокряка искалеченной рукой.
- Ну, это ты сам виноват, тебе еще повезло, что он тебе только два пальца откусил. А как он потом за нами гнался. Как он ревел: «Да я вас живьем сожру, нубота!» А с виду такой интеллигентный, обходительный.

- Может, ты еще скажешь, что я виноват в том, что мы к этим сектантам зашли? Кто ныл: «Там травка зеленая, птички щебечут, люди такие приятные, может мне там подскажут, как девушку себе найти»? Милые такие, да? А как водочку нашу заприметили сразу всей толпой накинулись, всю водку побили с криками: «Алкоголь это зло! С первой рюмки все и начинается! Даже по праздникам нельзя!» Чем теперь радиацию выводить? – на глаза бывалого сталкира навернулись слезы.

- Сам-то хорош, - Громохряк шмыгнул носом, - ну псевдоежу же понятно, если на дорожном камне свастика нарисована, орлы там всякие на знаменах вдоль тропинки, то ничего доброго там не ждет, правильно, что не пошли туда. Но справа же была тропинка, вдоль нее березки росли, флажки красные воткнуты, гимн где-то вдалеке играет, родной советский. Ну, зачем мы налево-то свернули? А все ты: «Смотри, какие дракончики красивые на баннере нарисованы, там наверно магазин игрушек». Заповедник там оказался, там этих драконов месяца два наверно не кормили… Эх ребят то жалко… ну пусть земля будет им пухлой,- Гундосый сталкир крякнув приложился к горлышку бутылки, утерся тыльной стороной ладони и уставился в догорающий костер.

- Ну да, признаю, попутался, но ведь в село это же вместе пришли.
- Ага, - тяжело выдохнув, ответил товарищ, - Надо было осмотреться сперва…
- Не, ну а че осмотреться! – снова вскипел Фуфик, - Село как село. Домики стоят, на тех, что получше так и написано – «изба», на тех, что похуже, да покосившиеся чутка – «хибара».
- А за каким лешим ты в эту «аптеку» поперся? – оскалившись в довольной ухмылке, спросил Громохряк.
- Так чтоб руку подлатали. Кто ж его знал, - Фуфик зло сплюнул в костер, угли злобно зашипели в ответ.
- Читать же надо, что на дверях написано, - уже в голос заржал сталкир.
- Я и читал! На дверях крест – значит аптека, да еще и написано: «Добро пожаловать»… Кто ж его знал…
- А то, что там мелом дописано сбоку было: «…или посторонним в ЖЕ» ты конечно не заметил?
- Нет, - Фуфик отвел взгляд, - не заметил. Глянь, что там такое мне этот доктор сотворил.
Фуфик повернулся, чуть пониже спины взору Громохряка предстала еще дымящаяся надпись: «Белкин домик».
- Ну как, че там такое?
- Там написано… там, - Громохряк еле сдерживал хохот,- там написано: «Гамамастер»… да «Гамамастер» - так и написано.
- Вот гадство,- Фуфик грязно выругался, - странная деревушка, люди там странные, вот что они с Пухлым сделали?

Он обернулся к третьему сталкиру сидящему у костра. Тот сидел, скрючившись, обхватив колени руками, периодически вздрагивал, обводил пространство вокруг остекленевшими, ничего не видящими глазами и изредка бормотал: «Бездна… бездна… фиолетовый костюм… нет головы, а живой… нет не забирай меня… невыговариваемый… нет… нет… нет...».

- Умом небось тронулся, - Громохряк сочувственно посмотрел на ополоумевшего товарища, - я тоже чуть кондратия не хватил, когда пошел по улочке, а мне на встречу здоровенный такой лось… нет все же Олень… Олень в камуфляже, представляешь? И как заревет на меня: «Ты КТОААААА??? Я ТЕБЯ ТУТ РАНЬШЕ НЕ ВИДЕЛ!!!» А следом за ним охотники, и все в меня целят. Наверно никогда так быстро не бегал, а за спиной зловеще так «Пиу-Пиу» раздается. Забегаю во двор какой-то, а там, на диване огромная муха сидит, тапочкой болтает, тапок размера пятьдесят четвертого наверно… Чертовщина ваще какая-то… Ну да ладно хорошо, что выбрались живыми, глядишь домой вернемся в Зонушку родную, так там и Пухлый в себя придет. Эй, Фуфик, ты чего молчишь? - Громохряк поднял взгляд на, сидевшего напротив, товарища.

Фуфик сидел не шевелясь, уставившись, расширенными от ужаса, совершенно лишенными признаков разума глазами куда-то за спину Громохряка. Тот, пораженный переменой произошедшей с разговорчивым товарищем, обернулся…

За его спиной, над пирамидой контейнеров, медленно поднималось огромных размеров привидение с моторчиком. Тело похожее на гигантскую простыню с прорезями глаз и кривым оскалом рта зловеще колыхалось на ветру.

- КУДА ЭТО ВЫ ТАК БЫСТРО СОБРАЛИСЬ, РЕБЯТКИ? – оглушающий, рокочущий голос призрака разнесся по окрестностям барахолки…

Старость не радость

Для форума Игромании
Конкурс: Extraordinary Situations

Старость не радость

Я не смог! Опять! С каждым годом это случается все чаще и чаще. Дождь. Дождь так и не пошел, а туча, такая манящая и клубящаяся, ушла за холмы. Я стал стар, мои танцы не такие быстрые, а руки с годами все слабее бьют в бубен. Я уже чувствовал, как упругие, идеальной формы, капли были готовы сорваться и оросить наши поля живительной влагой. Но она ушла. Ушла словно не заметив меня, за холмы, туда, к Ирокезам. Их шаман молод, полон сил, его движения жищны и грациозны, посох тверд и полон магических сил. А мой... мой трухляв и изъеден жучком.

Без дождя трава на наших пастбищах пожухнет, бизоны отощают, детям будет не хватать бизонячьего молока. О, духи, я уже слышу их голодный плачь. Без дождя кукуруза не станет сочной и сладкой, ее не купят белые люди на пляжах великих озер, они отвернутся от нас, наше казино перестанет приносить доход... Я буду виноват в этом - я и больше никто, о горе мне, горе.

О, духи! Что это? Неужели получилось! Увы, это всего лишь слезы, слезы дряхлого старика, стекающие по морщинистым щекам...

Зов природы, я слышу его теперь чаще обычного, уже трудно сдерживать бурлящий поток в немощном теле.

Я иду через лагерь. Они все смотрят на меня, шепчутся за моей спиной, шлют мне вдогонку проклятия. Женщины презрительно отворачиваются, как от прокаженного. Молодые воины оценивающе поглядывают на мой скальп, прикидывая не слишком ли он уже редок и не испортит ли их коллекцию, демонстративно проверяют остроту своих томагавков. Вождь осуждающе качает головой, провожая меня взглядом. Его очередная молодая жена, хихикая, что-то шепчет ему, указывая на меня.

Как быстро забывается все хорошее. Раньше, одним щелчком пальцев, я заставлял пролиться обильным дождем самое захудалое облачко. Каждый удар бубна отзывался раскатами грома. Ливни обрушивались на наши поля повинуясь взмаху моего посоха. Духи благоволили мне. Племя процветало. Охотники отдавали мне лучшие куски мяса, и самые красивые скво племени дрались у порога моего вигвама за право согреть мою постель.

Наконец то дошел, не хватало еще обмочиться на глазах у этих неблагодарных. Ох, как же хорошо. Все что я счас могу - это лишь пролить частичку своей влаги на корни пожухлых кустов.

Но что за шум? Невероятно! Дождь! Ливень! Тяжелые капли срываются с неба, сливаются в струи, смешиваясь с моей, и бурлящими ручейками устремляются к изможденным засухой полям.

Не прав был мой дед, говоря, что самая сильная магия — это магия крови, есть кое что посильнее.

Герои?

Для форума Игромании
Конкурс: "Новое поколение" v.2.0

Герои?

Полненький, невысокий мужичек в черной футболке сидел, нервно раскачиваясь, в кресле. Ежеминутно выглядывая в окно, он приговаривал: «Пожалуйста, пожалуйста, быстрее, ну где же этот доктор…». За окном играли дети и какая-то иностранная песня. «Doktor edet-edet, skvoz snejnyu doliny, poroshok celebnii ludyam on vezet,»- доносилось с улицы.
Кто-то позвонил в дверь. «О Боже – это доктор!» - с этой мыслью мужичек в припрыжку помчался к двери.
- Доктор Суреш?
Незнакомец медленно повернул голову.
- Да,- по его лицу расплылась зловещая ухмылка, - да.
- Прошу Вас заходите, я так долго Вас ждал, уже и не надеялся, что вы приедете, пожалуйста, проходите, - выпалил мужичек, открывая дверь, - Сами видите, как я живу…
- Какой прекрасный интерьер, - проговорил незнакомец, заходя в комнату и окидывая взглядом стены и пол, задекорированные полиэтиленовой пленкой, - Сами старались или дизайнера вызывали?
- Сам, - скромно потупив глазки и застенчиво шаркая ножкой, пробормотал мужичек.
- Я должен с Вами кое о чем поговорить, доктор,- теребя цепочку для ключей продолжил мужичек, он очень нервничал, - я никогда ничем не выделялся, не был особенным, ну понимаете, никто даже на улице на меня и внимания не обратил бы… а тут вдруг это стало со мной случаться, Думаю, стоит Вам показать?... Да?…Что я могу, Вы хотите посмотреть? Да?
- Да, - на лице Сайлара играла приветливая улыбка, - Да, конечно.
Мужичек метнулся в кухню, погремев там посудой, он через мгновение вернулся, сжимая в руке здоровенную кастрюлю. Осторожно поставив ее перед собой на пол, он застыл в нерешительности. Сайлар придвинулся ближе.
- Нет-нет, - мужичек предостерегающе выставил перед собой руки, - это может быть опасно.
Присев над кастрюлей, обладатель сверхспособностей медленно протянул к ней руку…
Кустистые брови Сайлара взлетели вверх: «Это НЕВЕРОЯТНО! Какая сила! А этот презренный невежда боится своей мощи, не может совладать с силой дарованной ему проведением», - руки Сайлара сжались в кулаки.
- Вот видите – это опасно, я боюсь выходить из дома, мне кажется, что я могу причинить вред людям, я не могу с этим справиться, контролировать это, - трясясь от возбуждения, скороговоркой тараторил мужичек, - Вы должны помочь мне, доктор. Можете мне помочь? Можете объяснить мне, что со мной происходит? Можете избавить меня от этого?
Сайлер пристально, чуть наклоня голову, смотрел на несчастного.
- Мне кажется, Вы сломаны. Я Вас починю, Вас больше не побеспокоит ваша особенность, - произнес Сайлер, расчехляя циркулярную пилу.

«Вот эта улица, вот это дом, вот эта…», - мурлыкал себе под нос доктор Суреш, - «ага вот эта дверь!». Доктор Мохиндер Суреш потянулся к звонку.
Сайлер стоял посреди комнаты. Сила новообретенной способности струилась через него, проходила через каждое нервное окончание, наполняла каждую его клеточку, он упивался силой. «Теперь моя мощь стала еще мощнее, мое могущество еще могущественнее, а величие еще величественней. Я смогу нести добро людям, помогать обездоленным, смогу искоренить несправедливость. Я сделаю этот мир лучше! Эта способность еще одна ступень в длинной лестнице, которую мне предстоит пройти чтобы…», - мысли Сайлара прервал настойчивый звонок в дверь.
- Здравствуйте, вы должно быть… эээ… - доктор Суреш наморщил лоб, пытаясь вспомнить.
- Да это я, а Вы должно быть доктор Суреш, проходите, - Сайлар любезно распахнул дверь перед Мохиндером.
- Простите, что я так долго ехал… - начал было Суреш.
- Ничего страшного. Чай, кофе, потанцуем? – Сайлар был сама любезность.
- Потанцуем…- задумчиво проговорил доктор, - ан нет, в другой раз, чаю, если можно, и бергамотовый мне вполне подойдет.
Сайлар скрылся в недрах кухни, бренча чайником.
- По телефону у Вас был взволнованный голос, - продолжил доктор, осторожно перемещаясь по комнате, боясь повредить изящно уложенное пленочное покрытие. – Видимо вы успокоились?
- Сегодня утром я принял успокоительного, - Сайлар словно выплыл из кухни, и за пару шагов оказался перед доктором. - Возможно, я снова переборщил с дозой, но потом у меня было словно прозрение. Вы знакомы с теорией о кульминационных ощущениях?
- О да, конечно, - «о чем это он? что за теории?», - закивал Суреш с умным видом.
- Это тот момент, в который вы высвобождаетесь. Вы чувствуете себя ничтожным или огромным – это связано с жизнью, природой богом…
- Понятно, - доктор Суреш понимающе кивал в такт словам Сайлера, - «Господи, что за ахинею он несет », - думал он в этот момент.
- Это как расставить все на свои места, - Продолжал Сайлер, - Все это время я пытался сопротивляться, отрицать, но ведь нет ничего постыдного в этой способности. Наверно вы хотите увидеть мою способность?
- О да конечно, - «ну наконец-то, а то мне начало уже казаться, что он хочет заболтать меня до смерти».
Сайлар взгромоздил на стол цветной телевизор.
- Только не подходите близко – это действительно может быть опасно, - предостерег он доктора.
Вытянув перед собой руку, Сайлар направил свою силу, заставил выплеснуться ее через кончики пальцев…
- Это НЕВЕРОЯТНО!!! – вскричал, отшатнувшись, Суреш. От удивления кучерявые волосы доктора начали распрямляться.
Сайлар с довольным видом обернулся к доктору.

- Но как Вы контролируете это? – дрожащим голосом, спросил, все еще не отошедший от увиденного Суреш.
Сайлар, загадочно улыбнувшись, развел руками:
- Это как кататься на велосипеде…
- Раз двадцать надо упасть, а потом все получиться, - перебил его Мохиндер, обведя взглядом комнату.
- Да-да именно так, а потом я кое что открыл в себе – чувство успокоения, предназначение, которое можно описать только как судьбу. Я понял, что эта способность, этот дар даны мне, чтобы изменить мир, изменить жизни людей, стать вершителем этих судеб…
- Если Вы позволите, то я хотел бы взять образец вашей ДНК,- Сурешь принялся копаться в своем чемоданчике, - Я же доктор, мне же надо что-то исследовать. Вот. Возьмите, просто сделайте мазок.
Доктор Суреш извлек из чемоданчика ватную палочку. При упоминании о мазке Сайлара передернуло, слишком свежа была еще память о том, откуда у него брали мазки, когда он оформлял санитарную книжку для работы в часовой мастерской.
- Просто сделать мазок? – нерешительно переспросил он. С кухни раздался свист чайника, бергамот уже заварился. Воспользовавшись этим, Сайлар выскользнул из комнаты.
«Просто сделать мазок, да он извращенец, мог бы попросить крови, я бы не пожалел, но мазок!»- Сайлар стоял посреди кухни, держа перед собой страшную ватную палочку, - «Но он же не сразу узнает, откуда этот мазок». Сайлар злорадно поковырялся палочкой в носу. Выходя из кухни, он столкнулся в дверях с доктором.
- Вот и мазок, все отлично, возьмите его поскорее, - Сайлар брезгливо протянул сопливую палочку доктору.
- Послушайте, - заискивающе начал доктор, - ваши способности это что-то невероятное, может быть, мы бы могли использовать их?
- Да я тоже об этом думал…
- Мы бы могли изменить мир, - глаза доктора пылали не добрым огнем, - Мы бы могли устанавливать свои правила. Могли бы повелевать народами, творить историю! Сила, богатство, безраздельная власть – все это лежит перед нами, стоит только подойти и взять и никто не сможет противостоять нам. Никто не в силах пойти против нас!
- Мне нравится ход ваших мыслей, доктор,- Сайлар на мгновение замолчал, обдумывая что-то. - Я сам, признаться, об этом думал несколько иначе, но то, что говорите Вы, мне нравится гораздо больше. Я принимаю Ваше предложение.
- Но кроме Вас есть и другие люди обладающие способностями, они могут нам помешать, могут помешать нашим планам, - в негодовании вскричал доктор, - но я могу их найти! Со временем я найду их всех!
За окном начали сгущаться тучи, солнечный день померк, и раскаты грома уже сотрясали стены окрестных домов.
- Вы найдете их, друг мой, - Сайлар поднялся из-за стола,- а я сделаю так, чтобы они не смогли нам помешать.
Под раскаты грома доктор Суреш и Сайлар скрепили рукопожатием свой дьявольский союз.
- Чем мы займемся сегодня вечером?
- Тем же, чем и вчера, док… Попробуем захватить мир!

Итоги года

Дорогой дневничок, что то я совсем на тебя забил... наверно я слишком ленив, что бы регулярно навещать тебя...

По этому своеобразные итоги года. Что интересного, а может не очень у меня было.

Где-то весной купил наконец то себе фотик, зеркалочку, за бешеные тысячи, но как говорится сбылась мечта идиота. Счас фотография стала наверно моим единственным хобби или увлечением, это как угодно. Если не буду занимать себя чемто то наверно совсем свихнусь. Свободно время просто стремится к нулю - работа, дом, семья, на все остальное почти нет времени... Ах, да фотография, по началу конечно тяжко пошло, но зато счас обилие кнопочек и настроек не вызывает панического страха, а всякие термины типа - диафрагма, выдержка, исо и даже ГРИП воспринимаются как нечто очевидное и не вгоняют в ступор. Постепенно осваиваю лайтрум, во только обработкой есть возможность заняться в перерывах и в обед на работе... дома нужен комп помощнее, мб приобрету в скором времени.

В конце мая отправилисьт всей семьей - с женой, дитенком и даже тещей и тестем в очередное путешествие. На теплоходе от Питера до Москвы по Волге, с заходом в Кижи, Мандроги, Углич - 5 дней маловато, но в общем то не плохо. Два дня в Москве посетили бункер ГО-42 под Таганской площадью - не впечатлил к сожалению. Из Москвы на самолете в Киев и там неделю. В Киеве наконец-то поднялись на статую "Батькывщина мать". Со смотровой площадки за щитом ничего интересного не видно, но спасло то, что мужик поднимавший нас на верх признал в нас нормальных руских туристов, а не "тупорылых иностранцев" и мы за некоторую сумму оказались в технических люках на щите статуи. Вот оттуда вид впечатляющий - круговой обзор на Киев.

Ну отпуск кончится, а садик закрылся. Полтора месяца ребенок отдыхал на даче у дедушки и бабушки, а я катался от туда на работу - подъем в пять утра, пешком до станции, час на электричке и я на работе, вечером еще часик в целый день гревшейся на солнце электричке и я дома. Жену уволили с работы перед самым отпуском, что то там она не поделила с генеральной директоршей, которая к томуже жена генерального и та еще стерва судя по рассказам жены и ее подруг. в общем деньги отложенные на ремонт улетели на ипотеку.

В конце августа отправились в новое путешествие. На край света, в Петропавловск-Камчатский к любимой тещеньке в гости. Девяти часовой перелет и мы на месте. Ну Камчатка это реально круто, это не какието там турции-египеты с пляжами и отелями. Дом, в котором квартира тещи, стоит на берегу Авачинской бухты, так что вид из окна был просто неописуемый. В общем всюду куда не плюнь - красотища, икра и медведи. Удалось посетить смотаться только на две экскурсии - съездили на Мутновскую ГеоЭС и близ лежащую типа "мини" долину гейзеров. Второй наш поход был Авачинский вулкан - семь часов подъем, четыре часа спуск, но это того стоило. остальное время провели в прогулках по окрестностям, встречах с друзьями жены и на даче, тк тесть с тещей работали и ребеныша оставить было не с кем.
Вернулись в Питер, ребенок пошел опять в сад, жена на новую работу, я на старую.

Немного о спиногрызе. С прошлого года произошли прямо разительные изменения, поумнел, все знает, все понимает, все хочет делать сам. Говорит правда неочень, в их группе есть несколько детей, которые уже к двум годам просто отлично говорят, а наш лентяй, но счас хоть фразы начал строить и вполне может объяснить, что ему надо и чего хочется.

Вот как то так в кратце, надеюсь все же это не первый и последний пост за год, и хотябы еще парочка в новом 2012 году всеже тут появится )))

Первый раз в детский сад

Сегодня ребенок пошел в детский садик. Пока только на пару часов, ну а скоро и на целый день. Освоился он там уже с первых минут, еще в раздевалке начали играться с другой девочкой, а попав игровую комнату убежал забыв о родителях. Со слов жены  там он позавтракал, первым усевшись за стол. Никаких капризов или истерик, похоже ему там понравилось.

 

В садике просили написать ему краткую характеристику, что умеет, что любит, а что нет, ну и вот совместными усилиями меня и жены получилось следующее:

"Любознательный - запоминает где, что лежит, если попросить может найти свою соску или бутылочку. Знает где у людей и игрушек глазки, ушки, ротик, носик - показывает их. Знает, что такое "нельзя", но не всегда слушается.

Умеет открывать ящики и шкафчики, любит вытаскивать и раскидывать из них вещи. Когда просишь собрать раскиданные вещи на место – убирает, иногда сразу; иногда, как будто не слышит просьбу, через какое-то время; по просьбе закрывает шкафчики  и тумбочки.

Пошел в 10,5 месяцев самостоятельно. Редко смотрит под ноги, когда ходит. Не обращая внимания, идет, наступая на игрушки и прочее, что лежит под ногами, но переступает невысокие порожки и спускается с них. Любит бегать, играть в догонялки. Умеет залезать на диваны, кровати, стулья и везде куда позволяет рост, но когда заиграется - забывает, что у кровати есть край и может свалиться с неё.

Сам пьет из кружки и бутылочки, пытается есть ложкой, получается не плохо, всегда во время еды в руках ложка. Кушает печенушки, хлеб любит, яблоки очищенные ест сам. В еде не привереда, с самого начала прикорма всё ест, что ему даешь. Прикорм с 5 месяцев, даже не было случая, чтобы что-то выплюнул. Сейчас, если наестся, то отворачивает лицо от ложки, балуется с кружкой, пускает пузыри.  Любит пюре картофельное.

Ходит на горшок, но по настроению - может спокойно сидеть, если посадить его, а может вырываться и скандалить. Приучать стали с 7-ми месяцев, когда снимали подгузник, а он тут же делал лужицу, сразу понял, что от него хотят. Сам на горшок просится редко, время от времени – то проситься сам в течение месяца (особенно по-большому), то никаких признаков не подает, что хочет на горшок. Иногда играется, вводит в заблуждение маму и папу – ходит с горшком и говорит «а-а-а»,а потом убегает. Иногда «а-а-а» означает не только покакать, но и пописать.

Знает много слов, смышленый, может сам говорить примерно 15 слов, но не часто их употребляет. Очень часто прислушивается к названиям вещей и предметов, которые его заинтересовали, смотри на рот, когда говоришь название, пытается повторить, лёгкие быстро такие как «ляля», «мяу», «му», но также пытается повторить и сложные – «банан», «бабочка».

Когда видит новых взрослых людей или компанию играющих детей сначала присматривается к ним, перед тем как подойти. Тщательно рассматривает лица взрослых, на детской площадке подходит к взрослым, дает им игрушки, но тут же забирает. Спокойно ладит с другими детьми, не дерется, последнее время любит обниматься. На прогулках не боится уходить с детской площадки и может уйти довольно далеко.

Иногда скандалит и орет, если отобрать игрушку или вещь, которую он хотел взять. Но успокаивается быстро, когда понимает, что ему эту вещь не дадут.

Расстраивается когда видит, что мама ушла, но если чем-нибудь отвлечь успокаивается. Замечаем, что и папа когда уходит – расстраивается, но быстро успокаивается.

В последнее время стал очень ласков, любит обнимать маму и папу и проситься на ручки, хочет маму поцеловать, когда бегает, подойдет и обнимет за ноги. К бабушкам и дедушкам тоже ласков. На улице – на площадке или в помещении (поликлинике) иногда подходит к чужим дядям и их обнимает, хотя дома мужским вниманием не обделен. С папой остается довольно часто.

С каждым новым месяцем, даже днем, Савелию все больше и больше открывается окружающий его мир, где он учиться сам, наблюдает за всем и пытается все делать так как это делают взрослые."

  

Без рук!

Сегодня детеныш решил, что все - пора выходить в самостоятельную жизнь, что хватит держаться за ручку родителей… отпустил ее и пошел сам. Малыш теперь в состоянии пройти не просто пару шажочков, а спокойно пересечь комнату, побродить в коридоре. Правда, иногда, отвлекаясь на что-то, плюхался на задницу, но потом поднимался и резво топал дальше )))

Я достаю из широких штанин... Завидуйте!!!

Ну, вот и свершилось! Я счастливый обладатель новенького, пахнущего типографской краской, военного билета. Больше не надо жить в страхе, с ужасом вслушиваясь в очередную новость об очередной отмене отсрочек. Вот он билетик, которого я ждал десять лет, вот он родненький, у меня в руках )))

Получил я его без проблем. Пришел, показал паспорт, расписался и все. Ни кто не предлагал мне сходить на пару месяцев на сборы или материально «помочь» родному военкомату, никто не парил, что нет бланков и тп. Возможно у меня правильный и честный военкомат, а может мне просто повезло, что не было никаких проблем с оформлением и получением.

***

В военном билете записана моя военноучетная специальность – оператор ЭВМ. Теперь по одному моему клику мышки будут умирать сотни… тысячи… миллионы… невинных людишек АХАХАААааа ))) 

Первая кровь...

Часа два назад, маленький монстр, неудачно перебежал от кровати до табуретки. Ручки соскользнули, и малыш со всего размаху грохнулся на пол. Громогласный рев возвестил о том, что падать было страшно и больно. Минуту спустя и родителям стало страшно – малец, не переставая орать, заливал все вокруг кровищей. Усугублялось все это тем, что он ну никак не хотел давать посмотреть, что же там у него случилось и откуда кровь. Оказалось разбита верхняя губа. Еще минут пять ушло на то чтоб замазать эти тяжкие раны зеленкой. Маленькое чудовище отбивалось и вырывалось изо всех сил, так что два взрослых человека едва смогли с ним справиться.

 

Ну вот все счастливые и измазанные зеленкой. Сынишка уже несколько минут, забыв о своих боевых ранениях, выворачивался из маминых рук, пытаясь стащить крем с полки и во всю продолжал радоваться жизни )))